Жанна рассвирепела — не потому, что его забавляла лазо картина, а потому, что он не скрывал этого. Есть вещи, о которых не говорят. Она покраснела и сердито повернулась к зеркалу. Пол решил ее успокоить. Прикоснувшись губами к ее плечу, он произнес: — Ладно, не напускай на себя. Ее сдержанность и оговорки казались ему мелочными. В конце концов, они всего лишь два тела, которые столкнулись в хаосе современного мира, где всякое деяние ничуть не более жестоко и неприлично, чем любое другое.

Один лишь осязаемый жар ее плоти представлялся ему чем-то подлинным. Но пока что он еще немного ее приласкает. Пол понял, что сейчас самое время снова перейти в наступление, подтолкнуть ее еще дальше. Улыбка исчезла с ее лица. С чего ты взял, что можешь помыкать мной? В ее голосе звучала злость, к которой примешивался страх, но Пол не обратил на это внимания. Он пустил воду и, оседлав раковину, стал намыливать руки, затем член. Жанна покачала головой, не веря собственным ушам. Пол подумал и решил, что это забавно. Ты путаешь святое с низменным. Полу было что одно, что другое, и он решил довести это до сведения Жанны.

Но пока что он промолчал. Жанна продолжала накладывать косметику. Пол вытерся; он чувствовал, что ему нехорошо.